Легкость Кузмина

[tsokotukha]

Чтобы жизнь кой-как стояла на ногах, была и другим интересна, и себе почтенна, и не противна, нужно ее организовать, то есть урезать здесь, прибавить там, все учесть и придать ей целесообразность. Может быть, надо взять себу раз навсегда какой-нибудь пример, образец, идеал. Часто приходится играть роль, воображать себе, что «делаешь дело», творишь, «имеешь успех», «ведешь красивую жизнь», чтобы внедрить это в собственное сознание, только тогда и сам будешь верить и другие поверят. Легкая, веселая и счастливая жизнь это не безболезненный самотек, а трудное аскетическое самоограничение и самовоображение, почти очковтирательство, но только так жизнь и может быть активна и продуктивна.
(Дневник 1934 года, с. 95)

* * *

Светлая горница - моя пещера;
Мысли - птицы ручные, журавли да аисты;
Песни мои - веселые акафисты;
Любовь - всегдашняя моя вера.

Приходите ко мне: кто смутен, кто весел, 
Кто оробел, кто потерял кольцо обручальное,
Чтобы бремя ваше, светлое и печальне,
Я как одежду на гвоздик повесил.

Над горем улыбнемся, над счастьем поплачем,
Не трудно акафистов легких чтение.
Само приходит отрадное излечение
В комнате, озаренной солнцем не горячим.

Высоко окошко над любовью и трением,
Страсть и печаль, как воск от огня, смягчаются.
Новые дороги, всегда весенние, чаются,
Простясь с тяжелым, темным томлением.

Ноябрь, 1907